На пути к продленной молодости

Большинство знаний о молекулярно-клеточных процессах, приводящих организм к одряхлению или, наоборот, противодействующих ему, были получены за последние 10—15 лет. Из того, что было изложено в предыдущих главах, читатель также знает, что теперь мы можем выделить из многих процессов и факторов, влияющих на старение и долголетие, главные и, так сказать, доступные уже сейчас для управления. Правда, пока мы можем сформулировать лишь принципы этого управления. Однако то, что уже известны основные трудности, которые нужно преодолеть для открытия конкретных средств борьбы со старением, тот факт, что вопросы биологии старения и долголетия становятся темой глубоких научных исследований, проводимых крупными учеными, — все это позволяет полагать: время «штурма» рассматриваемой проблемы наступает.

Какова же стратегия этого «штурма»? Чтобы понять одно из основных его направлений, вспомним, что организм построен из ненадежных элементов: в нем неизбежно происходит повреждение внутриклеточных генетических и других структур, клетка с определенной частотой может «спонтанно» превращаться в раковую. «Шумовые» процессы постоянно происходят и на уровне целостного организма, например, в нервной системе возникают «бессмысленные» сигналы, в стенке сосудов в микро-количествах «спонтанно» откладываются кальций и холестерин и т. д. Полностью избежать этих процессов невозможно, так как их протекание — неизбежное с физико-химической точки зрения следствие жизни.

Однако уменьшить частоту, вероятность возникновения таких процессов, уменьшить или даже полностью устранить их последствия возможно. И наиболее плодотворный путь достижения этого состоит в том, чтобы усилить системы предупреждения и защиты от процессов старения — системы, которые были созданы в процессе эволюции биологических систем. В разных частях книги о наиболее важных из них мы уже говорили: на молекулярном уровне это, например, система репарации генетических повреждений и система ферментов, разрушающих токсические вещества, попавшие в него из окружающей среды, а также система антиоксидантов. На более высоком уровне, например, — иммунологическая система, способная, в частности, обеспечивать (к сожалению, пока отнюдь не всегда) безопасность организма от возникающих в нем раковых клеток, и, наконец, центры головного мозга, поддерживающие гомеостаз.

Чрезвычайно важно одновременно с увеличением активности этих систем организма увеличить и точность их работы. Ведь уже известно, что «ошибки» в работе системы репарации ДНК могут быть причиной мутаций, в том числе, возможно, и таких, которые ответственны за превращение клетки в раковую. А что касается ошибок в работе иммунологической системы, то об их опасности для организма было рассказано при обсуждении нами вопроса о роли аутоантител в старении.

Таким образом, можно полагать, что как только удастся понять механизмы работы молекулярно-физиологических систем поддержания жизнеспособности, увеличить их активность и точность функционирования, надежность организма, продолжительность жизни его возрастет в степени, пока трудно-предсказуемой.

То есть решение проблем долголетия зависит от ответа на вопросы, которые как будто не имеют прямого отношения к «классической» геронтологии. А если учесть, что биологический контроль над долголетием подразумевает продление лишь периода зрелой молодости организма, то станет ясным, что рассматриваемая наука о биологических основах долголетия охватывает круг вопросов, который не совпадает с теми, которые еще недавно решались «классической» геронтологией. На наших глазах рождается новая наука. Пожалуй, наиболее точное название ей — ювенология. (В русском языке ювенильный — синоним слова «молодой», в английском означает «вторую молодость», прилив новых сил в пожилом возрасте. То есть термин «ювенильный» можно рассматривать как международный синоним слова «молодой», а следовательно, ювенология означает учение о способах сохранения и возвращения молодости.)

Необходимо еще раз подчеркнуть, что решение задач ювенологии связано со многими проблемами сегодняшнего дня, а не только с проблемами геронтологии. Например, сейчас получено много фактов, подтверждающих, что генетическая нестабильность клеток, возникающие в них «спонтанные» повреждения ДНК могут быть причиной различных дегенеративных заболеваний. Далее, можно твердо полагать, что если бы удалось существенно усилить процессы репарации ДНК, то устойчивость клеток, а следовательно, и организма к действию токсических веществ, загрязняющих окружающую среду (в том числе и тех, которые вызывают рак), возросло бы весьма значительно. Трудно переоценить значение для общества и разработки средств поддержания генетической стабильности половых клеток. Ведь в этом случае частота наследственных заболеваний должна быть резко снижена.

Если развитие ювенологии будет идти рука об руку с медициной, то, несмотря на резкое увеличение продолжительности жизни, «постарения» общества не произойдет. На основании простого расчетного анализа легко убедиться, что чем в большей степени будет замедлен процесс старения, чем большую часть своей жизни каждый человек будет находиться в периоде зрелой молодости, тем меньшую часть населения будут составлять люди старые и нетрудоспособные. Экономический эффект замедления процесса, старения человека в нашей стране всего на 10% составит десятки миллиардов рублей.

Однако положительное влияние на общество такого продления жизни, конечно, неизмеримо больше в других, кроме экономического, аспектах. Достаточно сказать, что, по-видимому, ни один из выдающихся ученых не осуществил всех тех открытий, которые он мог сделать или к совершению которых он уже близко подошел. Причиной тому было обычно то, что Гиппократ выразил в своем первом афоризме: «Жизнь коротка», а Бетховен словами: «Как прекрасно было бы прожить 1000 жизней».

Для формирования каждого гармонически развитого человека, конечно, очень важен жизненный опыт, накапливаемый лишь с годами. Тот опыт, который позволил известному русскому писателю В. В. Вересаеву, уже будучи в очень преклонном возрасте, записать: «В руках как будто надежный компас... зорче стали духовные глаза, в душе — ясность, твердость и благодарность к жизни». Разумеется, не хотелось бы, чтобы читатель понял сказанное лишь как «похвалу старости». Конечно же, у старых людей бывают и совсем другие психологические особенности. Мы говорим о том ценном, незаменимом, что могут получить люди лишь с возрастом и что называется не старостью, а мудростью — мудростью ума и души.

Древнеримский философ и политический деятель Марк Туллий Цицерон (106—43 до н. э.) настолько ярко описал эти достоинства пожилых людей в трактате «Катон старший или о старости», что французский писатель средневековья Мишель де Монтень (1533—1592), прочитав это произведение, с грустной иронией заметил, что теперь молодые люди захотят стать стариками как можно быстрее.

В этом случае приобретаемая с годами мудрость и все большая человечность смешивается с остальными, печальными атрибутами преклонного возраста. Но теперь мы хорошо знаем, что люди могут преодолеть процесс старения, и тогда все, что им действительно подарили годы, все это, не омраченное старением, сделает их такими, как описал Цицерон. И в этом смысле какой бы жизнь ни была длинной — она всегда коротка.

Таким образом, развитие ювенологии определяется не только инстинктивным стремлением каждого человека жить, работать, любить, сохранять все, что ему дорого, как можно дольше. Ее развитие во все большей степени становится потребностью общественной.

Однако в западной прессе неоднократно печатались и такие произведения, авторы которых предостерегали от опасности «Общества бессмертных». Как правило, в них пересказывается мысль, развитая Свифтом в его знаменитых «Путешествиях Гулливера», там, где он описывает «страну струльбрутов» - людей, которые, став бессмертными, потеряли интерес к жизни. Но долгая жизнь многих замечательных людей опровергает подобные опасения. И конечно же, научный поиск средств продления жизни в значительной степени будет стимулироваться сознанием того, что человек обладает способностью, о которой Р. Роллан сказал в одном из своих писем к известному композитору Рихарду Штраусу: «Надеюсь, что Вы навсегда сохраните молодость. Что касается меня, то я решил расстаться с ней только вместе с жизнью».

Участие ученого в поиске средств радикального увеличения продолжительности жизни накладывает на него, так сказать, повышенные моральные обязательства. В связи с этим мне хотелось бы напомнить о том, сколь драматическими были последствия непроверенных дополнительными исследованиями, поспешных сообщений об открытии средств, якобы продлевающих молодость человека. Такие публикации, сделанные несколькими известными эндокринологами еще в начале века, а также ряд более поздних некорректных работ, надолго скомпрометировали проблемы долголетия и омоложения и укрепили иллюзию их практической неразрешимости. Еще менее 10 лет назад эта иллюзия подкреплялась выступлениями некоторых известных геронтологов. Теперь ситуация резко меняется, и реальность разрешения этих проблем не вызывает сомнения. И хотя иногда еще возникают схоластические споры о том, что такое старение: болезнь или естественный процесс, становится очевидным, что со старением можно бороться. (Конечно, следует понять человека, не работающего над проблемой долголетия, когда он называет старение естественным только потому, что старению подвержены все люди. Однако такое отношение к «недугу, именуемому временем» (Ф. И. Тютчев) некоторых геронтологов трудно понять.)

Обычно, говоря о моральной ответственности ученых, имеют в виду, что результаты их работы наряду с положительным эффектом могут иметь и отрицательные последствия (например, в последние годы усиленно дискутировались опасности и «опасности» развития генетической инженерии). Теперь мы можем подчеркнуть и значение моральной ответственности ученого за перспективу решения особо важных практических проблем. Хотелось бы также сказать и о том, сколь велико моральное удовлетворение, получаемое ученым от успеха, достигнутого им на пути к преодолению старения, к пониманию хотя бы теоретических основ продленной молодости.

Неоднократно писали о том, что продление жизни может повлиять на обострение так называемого «экологического кризиса», обусловленного якобы «демографическим взрывом». Но обратимся к цифрам. Если повозрастная рождаемость и смертность населения впредь останутся такими же, как в последние годы, то население нашей страны к 2000 г. составит приблизительно 300 миллионов человек. Предположим теперь, что смертность населения стала равной нулю. Даже тогда численность населения в 2000 г. составляла бы приблизительно 370 миллионов человек, или лишь на 20% больше ожидаемой. Иными словами, даже полное преодоление старения не может существенно повлиять на так называемый «демографический взрыв».

Но независимо от решения проблемы долголетия нужно признать, что нынешний характер отношений человека с природой должен вызывать серьезную тревогу, в частности и потому, что основным следствием загрязнения окружающей среды может быть снижение продолжительности жизни. Наблюдавшееся в течение целого ряда десятилетий резкое возрастание продолжительности жизни в некоторых промышленно развитых странах сейчас прекратилось, что, вероятно, хотя бы частично обусловлено загрязнением окружающей среды. А согласно оценкам целого ряда ученых уже через 50—60 лет могут произойти такие экологические изменения, которые несомненно скажутся на долголетии человека. Не грози нам это, мы могли бы с большей надеждой отнестись к прогнозу авторитетного геронтолога Алекса Комфорта: «В 1990 году нам будет известен эффективный путь продления активной жизни примерно на 20%». Или, как утверждают многие футурологи, значительное удлинение продолжительности жизни за счет преодоления старения может быть достигнуто в 1993—2023 гг. Но, повторим, при благоприятных условиях внешней среды. Следовательно, то, что произойдет через полвека, непосредственно касается значительной части ныне живущих людей. И потому радикальные меры для защиты окружающей среды должны приниматься безотлагательно, с мыслью о том, что они затронут не только наших потомков, но и нас самих.

Конечно, с увеличением продолжительности жизни человека должно быть резко ускорено решение фундаментальных научных проблем, поскольку все больше ученых будут завершать свои открытия, для осуществления которых пока «жизнь коротка». Сказанное касается, конечно, и открытия новых источников сырья, продовольственных и энергетических ресурсов, расширения мест обитания человека на Земле и в океане.

Однако не хотелось бы, чтобы у читателя складывалось мнение об относительной легкости продвижения на пути к продленной молодости. Ведь исключительно сложны и сами научные проблемы и проблемы организации исследований этих проблем. Вероятно, наиболее эффективной формой организации здесь могут быть работы, проводимые по комплексным программам, как это делается сейчас на «ударных направлениях» научного поиска. Разумеется, разработке такой программы непременно должны предшествовать четкая формулировка вопросов, подлежащих изучению, их теоретический анализ, создание новых методов исследования.

Читатель, вероятно, заметил, что автор не берется делать конкретных прогнозов относительно того, когда будет достигнуто радикальное продление молодости.

А «гадать» на этот счет — дело бесперспективное и малополезное. Да, наверное, никто и не поверит никаким таким «гаданиям». Но все это ни в коей мере не может ослаблять научный оптимизм: прогресс науки неодолим, а продление молодости отвечает требованиям объективной действительности, требованиям общественного прогресса.

Мы, люди социалистического общества, можем полагать, что прогрессивный характер общественного устройства, искусство и наука помогут человеку преодолевать старение.